Такая долгая, такая короткая жизнь или 15 апреля – 100 лет Швецову Александру Павловичу


Как бы мне хотелось написать, что ему уже 100 лет, а он еще полон сил, в здоровом уме и при ясной памяти. Но, увы. Не могу погрешить против истины. А она заключается в том, что время безжалостно, даже к тем, кто ценит каждую секунду этой жизни потому, что знает ей цену. Потому, что стоял на краю, и не один раз. Может быть, потому он так любит жизнь во всех ее проявлениях. У него теперь уже не спросишь. Не возьмешь интервью. Он не говорит, плохо слышит и почти не видит. Родственники объясняются с ним жестами.

Живет участник двух войн, Финской и Великой Отечественной, в стареньком доме на Молодежной улице. Здесь можно было бы и улыбнуться: 100-летний человек живет на улице с таким названием «Молодежная». Но если вы посмотрели КАК он живет, то вам было бы не до смеха. Дети его и помыть-то не всегда могут. В баню не отвезешь, на четвертый этаж к дочери в городскую квартиру не всегда есть возможность поднять на руках. Детям ведь тоже уже за 70. Но никто из них не жалуется, и за помощью никуда не обращается. Привыкли всю жизнь рассчитывать только на свои силы, а сил уже не осталось.

Война началась, и не успел Александр Павлович увидеть свою дочь. Родилась Роза Александровна ровно через неделю после ухода отца на фронт. «С перепугу мать меня родила», – шутит она теперь. А вот маме, Марии Петровне, не до смеха было. Ведь на руках еще 3-летний сын, Юра. А муж только с Финской войны вернулся. Только успокоилась: жив остался. И опять воевать. Ведь 30 лет уже мужику, неужто помоложе никого не нашлось? А мужские руки в семье нужны, да еще такие как у Александра Павловича. Он ведь шил пальто и куртки, перешивал все, что можно было перешить. Водителем работал. Да еще по ночам стихи писать умудрялся. Как он выжил? Как они выжили? Одному Богу известно. В блокадную зиму перевозил военные грузы, под бомбежку угодил. Пять машин перед ним утонули у него на глазах, ушли под лёд вместе с грузом и водителями. А он уцелел. Только машину всю покорёжило. Без радиатора, на буксире, вернулся в город контуженный.

Дочь подросла, отца не зная. Вернулся Александр Павлович домой, хотел дочку на руки взять, а она как сиганёт от дядьки, долго еще дичилась.

«Теперь вот лежит беспомощный, никаких желаний, никаких эмоций», – горестно говорит Роза Александровна, – может быть и писать о нём не нужно? Он ведь даже порадоваться этой публикации не сможет», – тихо добавляет, едва сдерживая слёзы. А мы все-таки в редакции решили, что нужно написать и поздравить. У нас не так уж и много 100-летних ветеранов. Пусть это не нужно уже ему, это нам с вами нужно.

Александр Верховный




Оставить комментарий

*

code



18.15MB | 95 | 0.417sec